Иск к лжегубернатору Пермского края

В Чайковский городской товарищеский суд

г. Чайковский, Пермский край 617760,

г. Чайковский, ул. Ленина, д. 47/1

ИСТЕЦ (СОИСТЦЫ): Почтовый индекс, адрес

___*___

ФИО ___*___

ОТВЕТЧИК: Махонин Дмитрий Николаевич,

представляющийся И.О. губернатора Пермского края,

614006, Пермский край, г. Пермь, ул. Куйбышева, д. 14

ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

О признании указа № 23 от 29 марта 2020 г. недействительным

Предметом оспаривания по настоящему делу является нормативно правовой акт, изданный Губернатором Пермского края, а именно:

1. Указ И.О. Губернатора Пермского края от 29 марта 2020 г. № 23 О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой короновирусной инфекции (ковид-19) в Пермском крае. (в редакции указов губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26, от 04.04.2020 № 30, от 06.04.2020 № 31, от 13.04.2020 № 33) и все последующие его редакции и нормативно – правовые акты на нем основанные

Данные Указа, являются предметом оспаривания в части, изложенной в настоящем административном иске.

Оспариваемый Указ губернатора Пермского края от 29.03.2020 г. № 23 и все на нем основанные, являются отдельными нормативными актами, но в силу содержания и наличия в них, по условно легальному праву РФ:

1.) абз. 1, подпункта «б» пункта 6 статьи 4.1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 68 ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и технического характера»,

2.) ФЗ от 30 марта 1999 года № 52 ФЗ. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»

3.) Указ Президента Российской Федерации от 02 апреля 2020 г. № 239
«О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории российской федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (covid-19)»

– действуют совместно и содержат в разделенном по всем указанным нормативным актам единую правовую норму, устанавливающую права и обязанности граждан.

В силу этого оспаривание этих нормативных актов должно производиться в одном производстве.

Оспариваемые постановления противоречат Конституции РСФСР 1978 года в редакции от 9,10 декабря

2. «Конвенция о защите прав человека и основных свобод» (Заключена в г. Риме 04.11.1950 г., (с изм. от 13.05.2004)

Оспариваемыми нормативными актами установлены следующие правовые нормы, оспариваемые истцом:

Указ от 29.03.2020 г. № 23:

1. Подпунктами 1, 2 и 3 Пункта 1 введены на территории Пермского края временное приостановление деятельности (карантин), предусматривающие на период с 31 марта 2020 года до особого распоряжения. Абз. 1, хоть и содержит информацию о введении режима повышенной готовности в Пермском крае, но не указывает от какой даты и каким нормативно-правовым актом и кем введёт такой режим.

2. Пунктом 1.1. вводится запрет на проведение любых спортивных, культурных, научных, публичных, общественных и досуговых мероприятий с участием физических лиц на открытых пространствах, а также зданиях, строениях, сооружениях (и помещениях в них): (в редакции указа губернатора Пермского края от 04.04.2020 № 30);

3. Пунктом 1.2. введён запрет на бронирование мест, приём и размещение физических лиц в пансионатах, домах отдыха, санаторно-курортных организациях (санаториях) санаторно-оздоровительных детских лагерях круглогодичного действия на территории Пермского края, гостиницах, а также иных средствах коллективного размещения, расположенных на территории Пермского края, за исключением лиц, находящихся в служебных командировках. В отношении лиц, уже проживающих в указанных организациях:

обеспечить условия для их самоизоляции и проведения необходимых санитарно-эпидемиологических мероприятий до окончания срока их проживания без возможности его продления;

организовать их питание непосредственно в зданиях проживания данных лиц в соответствии с разъяснениями Роспотребнадзора; (в редакции указа губернатора Пермского края от 04.04.20.20 № 30);

4. Пунктом 1.3. ведён запрет на деятельность всех организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, а также индивидуальных предпринимателей (далее – организации), за исключением их деятельности, направленной на обеспечение сохранности принадлежащего им имущества, в том числе его охраны и обеспечения работоспособности инженерных сетей зданий, строений и сооружений, деятельности по осуществлению денежных расчётов контрагентами и работниками. (в редакции указа губернатора Пермского края от 04.04.20.20 № 30);

5. Пункт 5. Обязать физических лиц, находящихся на территории Пермского края: (в ред. указа губернатора Пермского края от 04.04.2020 № 30) 5.2. не покидать места проживания (пребывания) и перейти на режим самоизоляции, который должен быть обеспечен по месту проживания (пребывания) указанных лиц либо в иных помещениях, в том числе в жилых и садовых домах.

Ограничения, установленные настоящим пунктом, не распространяются:

абз 12 п 5.2 – на лиц перемещающихся на личном транспорте и легковых такси в случаях, предусмотренных абзацами третьим – одиннадцатым, шестнадцатым, семнадцатым настоящего пункта, а также на лиц, осуществляющих управление указанными транспортными средствами;

(в ред. указа губернатора Пермского края от 06.04.2020 № 31)

5.1. соблюдать дистанцию до других физических лиц не менее 1,5 метра (социальное дистанцирование) в общественных местах и общественном транспорте, за исключением случаев оказания услуг по перевозке пассажиров и багажа легковым такси;

(п. 5.1. введён указом губернатора Пермского края от 31.04.2020 № 26)

6. Пункт 5.3. использовать средства индивидуальной защиты (маски, перчатки) при нахождении в общественных местах, общественном транспорте;

(п. 5.3 введен указом губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26)

Пункт 5.4. при оказании услуг населению, в том числе транспортных, реализация которых не ограничена в соответствии с настоящим указом, использовать средства индивидуальной защиты (маски, перчатки). (п. 5.4 введён указом губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26)

7. Пунктом10, введена разрешительно-пропускная система, ограничивающая право на передвижение по территории Пермского края: Руководителям организаций любых организационно-правовых форм (в том числе индивидуальным предпринимателям):(в редакции указа губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26)

10.1 обеспечить работников, следующих к месту (от места) осуществления деятельности, разрешениями по форме согласно приложению 3 к настоящему указу; (в редакции указа губернатора Пермского края от 04.04.2020 № 30)

Работники организаций, определяемых Министерством информационного развития и связи Пермского края, наряду с разрешением, указанным в настоящем пункте, вправе использовать QR-код и цифровой код, сформированный с использованием Единой краевой автоматизированной системы Открытого Правительством Пермского края («Управляем вместе») (абзац введён указом губернатора Пермского края от 13.14.2020 №33)

8. Пункт 21.6 принять меры по информированию населения о мерах профилактики и по недопущению распространения короновирусной инфекции. Не допускать распространение недостоверной информации в соответствии с действующим законодательством.

(введён указом губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26)

9. Пункт 25. Установить, что распространение новой короновирусной инфекции (СOVID-19), также как и не включение организации в перечни, предусмотренные пунктом 2.2, 2.18, 2.22, 2.25 настоящего указа, являются в сложившихся условиях чрезвычайным и непреодолимым обстоятельством, повлекшим введение режима повышенной готовности в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуация природного и технического характера», который является обстоятельством непреодолимой силы.

(в редакции указа губернатора Пермского края от 04.04.2020 № 30)

10. Пунктом 25(1).2. обеспечить патрулирование общественных мест сотрудниками органов внутренних дел, Росгвардии, членами казачьих обществ и народных дружин, сотрудниками частных охранных организаций для профилактики и предотвращения нарушений, установленных настоящим Указом. (п.25(1) введён указом губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26)

11. 25(3) Предупредить физических и юридических лиц о том, что неисполнение ограничений, установленных настоящим указом, влечёт применение административной ответственности в соответствии с действующим законодательством (п 25(3) введён указом губернатора Пермского края от 31.032020 № 26)

Оспариваемые нормативные акты в силу установления ими норм, создающих обязанности граждан, нарушают права и свободы человека и гражданина, и постановлены с превышением полномочий, с учетом следующего:

Оспариваемые нормативные акты:

1. запрещают гражданам покидать место своего жительства,

2. запрещают гражданам свободно передвигаться по территории Пермского края,

3. запрещают гражданам и организациям свободно пользоваться своими транспортными средствами;

4. запрещают гражданам и организациям участие в деловых мероприятиях;

5. запрещают гражданам и организациям оказание деловых услуг;

6. запрещают гражданам посещать здания, строения и сооружения, предназначенных для указанных мероприятий и услуг;

7. запрещают ведение хозяйственной деятельности гражданам и организациям.

8. Запрещают распространение иной информации о мерах профилактики и распространения короновирусной инфекции, противоречащей указу.

При этом оспариваемые нормативные акты ставят действие ограничения на конкретного гражданина и организацию в зависимость от двух обстоятельств:

во-первых, ведению определенного вида деятельности или определенного занятия;

во-вторых, выдаче государственным или муниципальным органом письменного разрешения (пропуска) на реализацию своих прав (без указания обязанности соответствующих органов и должностных лиц, а порядка и основания принятия ими решений, ответственности за нарушение этого порядка и порядка возмещения гражданам вреда за нарушение)

Указанные ограничения фактически ограничивают следующие права граждан, установленные Конституцией СССР и условно легальное право РФ:

Статья 24. В СССР действуют и развиваются государственные системы здравоохранения, социального обеспечения, торговли и общественного питания, бытового обслуживания и коммунального хозяйства.

Государство поощряет деятельность кооперативных и других общественных организаций во всех сферах обслуживания населения. Оно содействует развитию массовой физической культуры и спорта.

Статья 39. Граждане СССР обладают всей полнотой социально-экономических, политических и личных прав и свобод, провозглашенных и гарантируемых Конституцией СССР и советскими законами. Социалистический строй обеспечивает расширение прав и свобод, непрерывное улучшение условий жизни граждан по мере выполнения программ социально-экономического и культурного развития.

Использование гражданами прав и свобод не должно наносить ущерб интересам общества и государства, правам других граждан.

Статья 41. Граждане СССР имеют право на отдых.

Это право обеспечивается установлением для рабочих и служащих рабочей недели, не превышающей 41 часа, сокращенным рабочим днем для ряда профессий и производств, сокращенной продолжительностью работы в ночное время; предоставлением ежегодных оплачиваемых отпусков, дней еженедельного отдыха, а также расширением сети культурно-просветительных и оздоровительных учреждений, развитием массового спорта, физической культуры и туризма; созданием благоприятных возможностей для отдыха по месту жительства и других условий рационального использования свободного времени.

Статья 42. Граждане СССР имеют право на охрану здоровья.

Это право обеспечивается бесплатной квалифицированной медицинской помощью, оказываемой государственными учреждениями здравоохранения; расширением сети учреждений для лечения и укрепления здоровья граждан; развитием и совершенствованием техники безопасности и производственной санитарии; проведением широких профилактических мероприятий; мерами по оздоровлению окружающей среды; особой заботой о здоровье подрастающего поколения, включая запрещение детского труда, не связанного с обучением и трудовым воспитанием; развертыванием научных исследований, направленных на предупреждение и снижение заболеваемости, на обеспечение долголетней активной жизни граждан.

Статья 50. В соответствии с интересами народа и в целях укрепления и развития социалистического строя гражданам СССР гарантируются свободы: слова, печати, собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций.

Осуществление этих политических свобод обеспечивается предоставлением трудящимся и их организациям общественных зданий, улиц и площадей, широким распространением информации, возможностью использования печати, телевидения и радио.

Статья 54. Гражданам СССР гарантируется неприкосновенность личности. Никто не может быть подвергнут аресту иначе как на основании судебного решения или с санкции прокурора.

Статья 57. Уважение личности, охрана прав и свобод граждан — обязанность всех государственных органов, общественных организаций и должностных лиц.

Граждане СССР имеют право на судебную защиту от посягательств на честь и достоинство, жизнь и здоровье, на личную свободу и имущество.

Статья 58. Граждане СССР имеют право обжаловать действия должностных лиц, государственных и общественных органов. Жалобы должны быть рассмотрены в порядке и в сроки, установленные законом.

Действия должностных лиц, совершенные с нарушением закона, с превышением полномочий, ущемляющие права граждан, могут быть в установленном законом порядке обжалованы в суд.

Граждане СССР имеют право на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 22 Конституции РФ Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность, арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

Согласно ч. 1 ст. 27 Конституции РФ каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.

Согласно ст. 31 Конституции РФ граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Согласно ст. 33 Конституции РФ граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Согласно ч. 1 ст. 34 Конституции РФ каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно ч. 1, и 3 ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно ч. 2 ст. 44 Конституции РФ каждый имеет право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям.

Согласно ч. 1 ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

Согласно ч. 1 ст. ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно ч. 1 ст. 47″ Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Согласно ч. 1 ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.

При этом:

Согласно ч. 1 и ч.2 ст. 15 Конституции РФ Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Согласно ст. 18 Конституции РФ Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 19 Конституции РФ: Все равны перед законом и судом; Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.

Согласно ч. 2 ст. 55 Конституции РФ в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ч. 1 ст. 56 Конституции РФ в условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия.

Согласно ч. 1 ст. 56 Конституции РФ не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20,21,23 (часть 1), 24,28,34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 — 54 Конституции Российской Федерации.

Согласно ст. 88 Конституции РФ президент Российской Федерации при обстоятельствах и в порядке, предусмотренных федеральным конституционным законом, вводит на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях чрезвычайное положение с незамедлительным сообщением об этом Совету Федерации и Государственной Думе.

Согласно ч. 1 ст. 123 Конституции РФ разбирательство дел во всех судах открытое.

Таким образом, оспариваемые нормативные акты отменяют права граждан на свободное передвижение по территории Российской Федерации, на ведение предпринимательской и иной экономической деятельности и право на труд в целях получения вознаграждения, право на обращение в органы государственной власти, право на рассмотрение их дела судом в открытом судебном заседании и право на доступ к квалифицированной юридической помощи.

При этом указанные ограничения установлены только для тех граждан, которые находятся на территории Пермского края, имеют определенное социальное положение и осуществляют определенный вид деятельности, то есть в нарушение гарантий равенства граждан перед законом и судом.

Даже по условно легальному праву РФ указанные права не могут быть ограничены иначе, как федеральным законом и только в условиях введенного Президентом РФ чрезвычайного положения, причем право на ведение предпринимательское и иной экономической деятельности, на судебную защиту и на получение квалифицированной юридической помощи – не могут быть ограничены и в условиях чрезвычайного положения.

То есть, указанная норма закона предусматривает, что даже при введении режима повышенной готовности, который введён в Пермском крае, что следует из Указа Губернатора Пермского края от 29 марта 2020 №23, абз. 1, допускается ограничивать доступ людей и транспортных средств – но не запрещать перемещение граждан, потому что «ограничение» и «запрет» в силу закона являются разными правоотношениями и в любом случае ограничение доступа не может ограничивать прав и свобод человека и гражданина.

Является важным, что указанные нормы закона в части ограничения права граждан на передвижения устанавливают возможность ограничения доступа на территорию, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, но для граждан, которые согласно Указу от 29.03.2020г. № 23 уже находятся на этой территории – незаконно под видом «ограничения доступа» вводить запрет на перемещение.

Точно также, право приостанавливать деятельность организации, оказавшейся в зоне чрезвычайной ситуации, если существует угроза безопасности жизнедеятельности работников данной организации и иных граждан, находящихся на ее территории – не предоставляет право приостанавливать деятельность всех организаций определенного вида хозяйственной деятельности, поскольку опасность для граждан создается не деятельностью этой организации.

При этом, согласно абз. 6 ст. 1, п. «б.» ч. 6, ч. 7, п. «м» ч. 1 ст. 7 указанного закона является режимом функционирования органов государственной власти и режимом принятия и реализации ими мероприятий по защите населения, а не режимом, в котором население реализует свои права человека и гражданина.

Наконец, согласно ст. 19 указанного закона в число обязанностей граждан в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций не включен отказ от пользования правами человека и гражданина.

Также, хотя абз. 15 ч. 1 ст. 1, абз. 4 ст. 6, а также ст. 31 Федерального закона от 30.03.1999г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» предусматривают введение органами государственной власти субъектов федерации ограничительных мероприятий в форме карантина, оспариваемые нормативные акты в целом, и п. 1 Указа Губернатора Пермского края от 29.03.2020 г. №23 в частности, эти нормы нарушают.

Так, согласно ч. 2 и 3 ч. 31 указанного закона ограничительные мероприятия (карантин) вводятся (отменяются) на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей решением …органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, …Порядок осуществления ограничительных мероприятий (карантина) и

перечень инфекционных заболеваний, при угрозе возникновения и распространения которых вводятся ограничительные мероприятия (карантин), устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Ограничения прав граждан, установленные оспариваемыми нормативными актами, не просто не предусмотрены указанным выше Порядком осуществления ограничительных мероприятий, но и вообще не предусмотрены указанными выше Санитарными правилами или иными нормативными правовыми актами условно легального права РФ.

Фактически, оспариваемыми Указами губернатора Пермского края под видом и под названием ограничительного мероприятия (карантина) отменены права граждан, хотя законом СССР и условно-легальным РФ это вообще не предусмотрено.

При принятии оспариваемых Указов губернатора Пермского края, также не принято в внимание, что ограничения прав граждан – кроме права на ведение предпринимательское и иной экономической деятельности, на судебную защиту и на получение квалифицированной юридической помощи – хотя и возможно, но не ранее введения чрезвычайного положения Президентом РФ согласно ст. 88 Конституции РФ.

Иным лицам право на введение чрезвычайного положения Конституцией РФ не предоставляется.

Тем самым, оспариваемыми нормативными актами установлены запрет гражданам покидать место жительства и запрет деятельности организаций, которые могут быть введены только в условиях чрезвычайного положения, которое на территории Пермского края не вводилось.

Кроме того, правовое значение формулировки Указа Губернатора Пермского края от 39.03.2020 г. №23п 5.2– «не покидать места проживания (пребывания) и перейти на режим самоизоляции, который должен быть обеспечен по месту проживания (пребывания) указанных лиц либо в иных помещениях, в том числе в жилых и садовых домах.»

— запрет лицам…покидать место жительства» соответствует только одному нормативному правовому акту условно легального права РФ – нормам ч. 7 ст. 105.1 и ч. 1 ст. 102 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Эти нормы права предусматривают исключительное право соответственно суда и следователя (дознавателя) давать такие обязательные указания только тем гражданам, которые находятся под уголовным преследованием, то есть подозреваемым и обвиняемым.

Иных федеральных законов, а только федеральным законом могут быть ограничены права граждан согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, которые предусматривали бы запрет гражданам покидать место жительства, в Российской Федерации не существует.

Тем самым оспариваемыми Указами губернатора Пермского края население Пермского края посажено под домашний арест лицом, которое не имеет право применять такую меру.

Как указано выше, согласно ст. 31 ФЗ №52-ФЗ введение ограничительных мер (карантина) возможно уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей решением.

Однако, полномочия органов власти Пермского края устанавливаются Уставом Пермского края, причем статья 20 Устава не относит решения о принятии чрезвычайных и срочных мер по обеспечению здоровья и безопасности населения к полномочиям Губернатора Пермского края.

Наконец, возлагая на граждан обязанности, не принято во внимание, что согласно абз. 2 ст. 10 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц, а согласно ст. 44 и 49 указанного закона и Губернатор Пермского края не наделен полномочиями ни на осуществление санитарно-эпидемиологического надзора, ни на издание актов санитарного законодательства.

Также необходимо отметить, что оспариваемые постановления создают существенную угрозу для грубого нарушения прав граждан, произвола и коррупции, с учетом следующих особенностей:

Указом губернатора Пермского края от 29.03 2020 № 23 введено – 21. Рекомендовать главам муниципальных образований Пермского края:

21.3. совместно с органами внутренних дел по Пермскому краю создать мобильные группы по осуществлению контроля за нахождением несовершеннолетних без сопровождения родителей и (или) законных представителей в местах массового пребывания, а также в местах, которые могут причинить вред их здоровью;

Т.е. могут причинить, а могут не причинить вред здоровью. Как правило, это могут быть любые места, вплоть до разрушенного тротуара, ведущего к магазину, где может подвернуть ногу, а может не подвернуть на этом месте, а подвернёт чуть позже, чем причинит вред своему здоровью. Далее:

Пунктом 25(1).2. введённым указом губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26 предписано: обеспечить патрулирование общественных мест сотрудниками Росгвардии, членами казачьих обществ и народных дружин, сотрудниками частных охранных организаций для профилактики и предотвращения нарушений ограничений, установленных настоящим Указом.

То есть, указанным органами организациям, а также их должностным лицам и работникам предоставлены полномочия в отношении граждан. Однако, полномочия даны в рекомендательной форме, что создает угрозу их избирательного применения или неприменения, и, главное – полномочия предоставлены не только органам, сформированным государством из государственных служащих, имеющих в силу этого государственные полномочия, но и войсковому казачьему обществу, то есть организации, которая никаких государственных полномочий не имеет, сформирована из частных лиц, не связанных долгом и служебными инструкциями и за деятельность которой ни Российская Федерация, ни Пермский край ответственности не несет, потому что это общество в силу закона им не подчиняется.

Пунктом 2 Указа губернатора Пермского края в редакции от 29.03.2020 № 23, ограничительные мероприятия, установленные пунктом 1 данного Указа, распространены на всех граждан, которые не связаны трудовыми (служебными) отношениями с указанными в п. 2 органов, предприятий, учреждений и организаций и которым не будут указанными в подпункте 2 пункта 2 органами государственной власти выданы специальные пропуска.

То есть, создано полномочие указанных органов выдавать пропуска, освобождающие граждан от ограничений их прав, установленных оспариваемыми Указами губернатора Пермского края, но не установлен порядок выдачи этих пропусков – то есть обязательный порядок обращения за их получением, перечень достаточных документов, порядок принятия и рассмотрения обращений, срок и форма принятия решений, юридическая сила этих решений, а также – собственно обязанность соответствующих должностных лиц, подчиненных Губернатору Пермского края принимать решения, выдавать или отказывать в выдаче пропусков, соблюдать порядок и нести ответственность за его нарушение.

То есть установлен государственный институт, от которого зависят права граждан, но без статуса, порядка деятельности, полномочий, обязанностей и ответственности.

Согласно условно легальному праву, ч. 3 ст. 56 Конституции РФ права, гарантированные ст. 48 Конституции РФ, не подлежат ограничению даже в порядке, который предусмотрен ч. 1 ст. 56 Конституции РФ – то есть даже в условиях чрезвычайного положения, которое в Пермском крае Президентом РФ в порядке ст. 88 Конституции РФ не вводилось

Предусмотренное Указом губернатора Пермского края получение пропусков связано с действиями Глав муниципальных образований по утверждению перечня организаций, деятельность которых допустима и работникам которых должны быть выданы пропуска, в том числе на транспортные средства.

Очевидно, что это положение нарушает гарантии права на труд и выбора деятельности граждан.

Также недопустимо положение, при котором исполняющие Указ губернатора Пермского края от 29.03.2020 № 23, должностные лица будут «проверять» у нас наличие «разрешений», «документов», «оснований» и иных сведений, которые они будут «оценивать» как «обосновывающие» — следуем ли мы к месту деятельности, либо нет.

ПРОШУ:

1. Указ губернатора Пермского края от 29.03.2020г. № 23 «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой короновирусной инфекции (ковид-19) в Пермском крае» в виду режима повышенной готовности и мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и изменяющие его Указы Губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26, от 04.04.2020 № 30, от 06.04.2020 № 31, от 13.04.2020 № 33, от 17.04.2020 № 40, а также и последующие редакции настоящего Указа и все нормативно – правовые акты на них основанные признать ничтожными, не соответствующими нормативным актам СССР и условно легального права РФ и не действующими со дня их принятия.

2. Принять меры предварительной защиты по настоящему иску в виде запрета применения оспариваемых нормативных актов – Указ губернатора Пермского края от 29.03.2020г. №23 (в редакции указов губернатора Пермского края от 31.03.2020 № 26, от 04.04.2020 № 30, от 06.04.2020 № 31, от 13.04.2020 № 33 и всех последующих его редакциях и нормативно-правовых актов на них основанных на период с момента поступления искового заявления в суд до вынесения судом решения, разрешающего дело и требования иска по существу.

3. Обязать ответчика возместить моральный вред, компенсировать моральные и нравственные страдания, исходя из времени принуждения к изоляции, в размере одного МРОТ СССР за каждый месяц психологического травмирования истца вымышленной смертельной угрозой — информационным терроризмом.

Приложение:

1. Копия искового заявления

2. Указ ИО Губернатора Пермского края от 29.04.2020г. №23

____ июня 2020 года

ЕСЛИ ВЫ ЖИТЕЛЬ ПЕРМСКОГО КРАЯ, ТО chajkovskij ИСПОЛКОМУ ЧАЙКОВСКОГО ГОРСОВЕТА, КОТОРЫЙ ОФОРМИТ КАК ПОЛОЖЕНО И ПЕРЕДАСТ В ТОВАРИЩЕСКИЙ СУД ГОРОДА ДЛЯ РАССМОТРЕНИЯ СПОРА.

Источник: https://vk.com/truegorodchaik

Бастрыкин о Конституции РФ/статья 15 конституции/международные договоры

Публикуем интервью Бастрыкина для «РГ» и разберем сию беспардонную лжу врага народа по косточкам. Лжет так бессовестно, что уши вянут.

И только после того как всё было разворовано до тла

Бастрыкин, от имени питерского ОПС, и в интересах правящей партОПГ,

вспомнил вдруг о верховенстве законов и суверенитете. Но для этого пришлось

многое переврать и перевернуть с ног на голову, дабы сохранить краденное.

Откуда ж прыть к нормотворчеству? Известно откуда — «пахан, слышишь, рубит, а я отвожу.»

Отвожу подозрения, что на присущем им жаргоне звучит как ширмование или ширмачество.

(Приёмы прикрытия места совершения кражи.)

Именно эти приёмы нас, как совладельцев ими похищенного, больше всего

и интересуют в данном случае. Так как без их разоблачения похищенного не вернуть.

бастрыкин Александр Бастрыкин понимает, что его предложение вызовет горячую дискуссию в обществе.

Председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин в интервью «Российской газете» выдвинул броское предложение — изменить Конституцию страны и исключить из нее нынешнее положение о приоритете международного права над национальным.

Александр Иванович! В статье 15 Конституции Российской Федерации закреплен приоритет международного права над национальным. На протяжении многих лет примат международного права в нашей стране рассматривался как незыблемое достижение, и целое поколение юристов, да и обычных граждан, выросло на осознании этого. Вы предлагаете пересмотреть этот принцип. Чем же он так плох?

Александр Бастрыкин: Прежде чем ответить на этот вопрос, хотелось бы сказать несколько слов о недавно ушедшем от нас на 69 году жизни руководителе Главного организационно-инспекторского управления Следственного комитета Российской Федерации генерал-полковнике юстиции Анатолии Павловиче Короткове, с которым мы и разрабатывали эту, как я считаю, столь актуальную идею укрепления суверенитета нашего государства в правовом поле. Это был поистине мужественный и честный человек, высококлассный юрист старой гвардии. И именно благодаря его активной жизненной позиции, реализованы многие законодательные инициативы Следственного комитета Российской Федерации.

Анатолий Павлович скончался 24 марта 2015 года, практически находясь на боевом посту, стараясь, как настоящий русский офицер, до конца быть полезным людям и обществу. И лучшей памятью об Анатолии Павловиче Короткове могло бы стать воплощение в жизнь тех важных для российского законодательства и правовой теории и практики наработок, которые пока еще не реализованы.

Отвечая на заданный Вами вопрос, прежде всего, отмечу, что установление примата международного права над правом национальным, как базовую конституционную ценность правового государства еще при принятии Конституции РФ 1993 года нам умело преподнесли советники из США. И совсем не случайно то, что в докладе о проекте конституции, который был опубликован в Российской газете в 1993 году, с гордостью подчеркивалось, что ее положения прошли экспертизу за рубежом.

Все эти годы принцип верховенства международного права был настолько абсолютизирован, что вопрос о его пересмотре не поднимался ни в отечественной законотворческой деятельности, ни в науке, которая априори должна ставить под сомнение всё.

Между тем, за рубежом этот вопрос никогда не решался однозначно.

Если мы обратимся к теоретическому аспекту данной проблемы, то увидим наличие прямо противоположных взглядов.

Например, сторонники идеи примата внутригосударственного права (А.Цорн, В. Даневский, В. Кауфман и др.), основоположником которой традиционно считают Гегеля, признавали безусловный и абсолютный суверенитет государства, а противоречащие ему нормы международного права считали юридически ничтожными.

Последователи противоположного течения (Г. Кельзен, Г. Лаутерпахт, Ш. Руссо, Ф. Джессеп, Ж. Ссель) исходили из полного подчинения национального права праву международному. Ими существенно занижалось, а то и вообще отрицалось значение суверенитета государства. Предполагалось, что в процессе постепенного ограничения независимости государств последние будут объединяться и в итоге превратятся в единое высшее надгосударственное образование.

Позже эти идеи легли в основу происходившего в конце X, века объединения Европы. Опираясь именно на эти идеи, американские ученые после второй мировой войны обосновали теорию полного отказа от государственного суверенитета и создания и мирового государства и мирового права. Как писали ее основоположники М. Макдугал и М. Райзман, мировое государство будет преследовать двоякую цель: образование всеобщего правопорядка для обеспечения прав человека и пресечение попыток создания тоталитарных государств.

Но это все теория, а как дела обстоят на практике?

Александр Бастрыкин: Доктрина мирового государства и права, идея отказа от национального суверенитета, брошенная на благодатную почву идеологии борьбы с фашизмом и тоталитаризмом, после Второй мировой войны были быстро подхвачены американскими властями и фактически насильственно внедрены в государственно-правовую систему стран, потерпевших поражение в войне, – Германии, Италии, Японии. В последующем, на волне процессов евроинтеграции и глобализации эти идеи были преподнесены мировому сообществу как всеобщие ценности, и начали активно распространяться в европейских странах. В результате произошло то, что Председатель Конституционного Суда Валерий Дмитриевич Зорькин очень точно назвал девальвацией, то есть обесцениванием национального права по отношению к праву международному.

А как эти «всеобщие ценности» реализуются в самих США?

Александр Бастрыкин: Если мы обратимся к статье 6 Конституции США, то увидим, что международный договор и внутренний федеральный закон обладают одинаковой юридической силой. Но при этом, что очень важно, американская конституционно-правовая доктрина разделяет международные договоры на самоисполнимые (реализация которых не требует изменения национального законодательства) и несамоисполнимые (которые предполагают изменение внутреннего законодательства). В случае, когда нормы международных договоров несамоисполнимы, они вообще не могут применяться до тех пор, пока не будут имплементированы, то есть, трансформированы и внесены в национальное законодательство через законодательный процесс. То есть вопрос о противоречии между ними и национальным статутным правом даже не возникает.

В случае же конкуренции норм самоисполнимого международного договора и внутреннего американского закона с учетом их равной юридической силы применяется тот акт, который был издан позже. Таким образом, американские власти могут с легкостью прекратить юридическое действие международного права, просто издав несоответствующий ему внутренний закон. При этом формально государство остается участником международного договора.

Следует заметить, что вопрос о противоречии между нормами международного общего права и национального законодательства в Конституции США вообще не регламентируется. Он отдан на откуп судебной власти и на практике очень гибко решается с учетом национальных интересов.

Если же обратиться непосредственно к международно-правовым обязательствам США, примат которых эта страна последовательно навязывает другим государствам, то они по-прежнему сводятся к участию лишь в трех из девяти международных актах по защите прав человека (Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. и Конвенция против пыток 1984 г.). То есть американские власти не спешат ограничивать свой суверенитет многочисленными международными обязательствами.

А в каких еще странах не действует принцип верховенства международного права?

Александр Бастрыкин: В Великобритании, а также иных странах англо-саксонского права, конституции, акты которых близки к описанной мной американской модели.

В конституциях Норвегии, Финляндии, Швеции говорится о том, что нормы международного права для приобретения юридической силы обязательно должны быть имплементированы в национальное законодательство, а до этого приоритет имеет национальное законодательство.

В конституции Дании, Исландии этот вопрос вообще не урегулирован, но, как следует из отдельных конституционных положений, правовое регулирование ряда вопросов может осуществляться только национальным законом.

Приоритет национального права прямо установлен в Бразилии, Индии, КНДР.

Существуют ли какие-то особенности действия принципа приоритета международного права в странах, где он все же прописан в конституции?

Александр Бастрыкин: Даже в этих странах нормы международного права не применяются бездумно, вслепую. Как правило, в них предусмотрена тщательная, детальная предварительная проверка подписываемых и ратифицируемых актов международного права на предмет их соответствия национальным конституциям. Обычно такую предварительную оценку дает конституционный суд того или иного государства. Это сводит к минимуму последующее возникновение противоречий с национальным законодательством. Например, подобная процедура осуществляется во Франции, Венгрии, Италии, Болгарии, Испании, Румынии.

Если все так неоднозначно, то, какие, по Вашему мнению, должны быть критерии, определяющие разумное соотношение международного и национального права?

Александр Бастрыкин: Думаю, что указанные критерии, должны определяться с одной стороны и в первую очередь, исходя из реального положения государства на мировой политической арене, а во-вторых, с безусловным учетом его стратегических и геополитических интересов. Право не может существовать в абстрактном, придуманном мире, само по себе. Право создается и существует не ради, собственно, права. Это – инструмент регулирующего воздействия, который всегда наполнен определенным идеологическим содержанием – правовой идеей, которая, однако, всегда носит практический прикладной характер (в теории права это содержание определяется понятием «правовая идеология»).

Геополитические, стратегические, экономические интересы и даже отдельные мировоззренческие основы в разных странах могут не совпадать. Причем попытки внедрить в другие государства чуждые им ценности посредством международного права, как показал опыт, зачастую приводят не к единению государств, а наоборот, к росту противоречий между ними.

Посмотрите на сегодняшнюю «единую» Европу. Стала ли она процветающим и всеобщим «государством» после тотального объединения и глобализации? Многими, даже европейскими политическими деятелями, отмечается, что в силу раздирающих ее противоречий этот процесс плавно перетекает в открытое противостояние, где господствующая воля одних (Германия, Франция) навязывается другим. Кроме того, несовместимость исторически сформировавшихся национальных культур и традиций приводит к деградации нравственных ценностей в целом.

Интеграция очень часто является процессом полезным. Но она должна осуществляться не механически и волюнтаристически, а на основе стратегических интересов каждого участвующего в этом процессе государства и с обязательным учетом его национальных, исторических, идеологических, психологических и других особенностей. Эти особенности следует уважать, а не подавлять, тем более посредством международного права.

Что вы имеете в виду?

Александр Бастрыкин: В виду имеется и внедрение в законодательство стран Европы, а по сути, навязывание обществу разрешения на однополые браки; и легализация «легких» наркотиков и очень раннее и тоже почти принудительное, так называемое, «сексуальное воспитание» детей младших классов в некоторых европейских странах, разрешение на усыновление детей однополым семейным парам и осуществляемых под эгидой обеспечения прав человека. Активно пропагандируются и другие идеи, которые просто разрушают нравственные устои общества европейских государств.

С другой стороны, есть все основания утверждать, что понятие «национальный суверенитет», основанный на геополитических, экономических, исторических и мировоззренческих, предпосылках, – это вовсе не пустой звук. Вполне возможно, что мы еще не «доросли» до отказа от него в пользу так называемых общечеловеческих ценностей и, в частности, мирового государства и мирового права, так яро пропагандируемых американскими властями. Но вот что любопытно: сами американцы внедрять эти ценности у себя в стране совсем не торопятся.

Важно также, что сущностное содержание принципов международного права постепенно деформировалось на фоне эскалации политической напряженности. Они активно используются США, а вслед за ними и странами Евросоюза для реализации собственных военных и других геополитических интересов, направленных на ослабление России, «недозволения» создания у нас юридических основ для противодействия санкциям и другим мерам, принятым против нас.

К сожалению, иногда складывается впечатление, что ангажированы и Европейский Суд по правам человека, и другие международные судебные органы, которые, используя прецедентное право (то есть порядок, при котором по усмотрению суда в основу решения может быть положено другое решение, принятое по аналогичному делу, а может быть, создан и новый судебный прецедент, противоречащий ранее вынесенным) и откровенно схоластические приемы, односторонне и искаженно применяют положения международных актов.

Прав был уважаемый мной Председатель Конституционного Суда Валерий Дмитриевич Зорькин, когда утверждал, что чрезмерное использование у нас институтов международного правосудия может привести к тому, что такое правосудие становится не международным судейским арбитром, а механизмом в руках какой-либо сверхдержавы или группы сильных государств, особо подчеркивая особую роль в этом процессе Соединенных Штатов Америки.

А можете привести пример того, о чем Вы говорите?

Александр Бастрыкин: Пример? Пожалуйста! Вот один из последних примеров – дело «Катан и другие против Молдавии и России». По нему Европейский суд по правам человека признал Россию виновной в нарушении прав 170 граждан Молдовы посредством упразднения в Приднестровье школ, где обучение шло на молдавском языке. При этом суд, указав на то, что Молдавия не контролирует эти территории, освободил ее от ответственности. Именно Россия, считает суд, которая фактически контролирует их, виновна в нарушении прав человека. Откуда Высокий суд взял факт контролируемости – непонятно. Да и кто особенно будет разбираться? Главное – осудить, а там – хоть не расцветай! Не хотелось бы, чтобы этот судебный прецедент, основанный на сформулированном в решении ЕСПЧ принципе «фактического контроля территории», был использован для оказания давления на Россию в связи с украинским конфликтом. Поэтому, безусловно, необходимо поставить правовые барьеры на пути подобных ангажированных решений. Это позволит обеспечить стратегические интересы России и национальный государственный суверенитет в правовой сфере.

Поэтому еще раз повторим: отказ от приоритета международного права и его автоматической имплементации в национальное законодательство становится с безусловной необходимостью вопросом обеспечения нашего суверенитета, причем не только правового, но и экономического, политического, идеологического, а в целом – государственного. Это так, потому что все перечисленные мною сферы пронизаны правом и процессом его реализации.

В ограничении суверенитета России международным правом Вы усмотрели правовую диверсию. Неужели все настолько серьёзно?

Александр Бастрыкин: Не секрет, что Конституция России, как я уже сказал, разрабатывалась и проходила экспертизу при активном участии американских и иных западных представителей. Думается, что именно под их влиянием положения о принципе автоматической упрощенной имплементации норм международного права в российскую правовую систему и о приоритете первых оказались включенными в главу «Основы конституционного строя».

Даже беглый анализ этих принципов позволяет сделать вывод о том, что им не место в указанной главе, так как они не определяют непосредственно конституционного строя государства.

Естественным будет вопрос: почему же они в названной главе оказались?

Делалось это для того, чтобы придать этим принципам незыблемую юридическую силу, я бы сказал искусственно «вцементировать» их в фундамент нашей государственности. Ведь согласно статье 135 Конституции положения данной главы могут быть пересмотрены только Конституционным Собранием, созываемым на основании специального федерального конституционного закона. Собрание либо признает неизменность Конституции, либо готовит и абсолютным большинством голосов принимает новую Конституцию.

Вот в этом и заключалась, на мой взгляд, правовая диверсия.

Кроме того, закон о Конституционном Собрании до настоящего времени не принят. Поэтому полагаю, что пора его подготовить. Тогда мы будем иметь необходимый механизм для обеспечения государственных интересов через реализацию соответствующих конституционных норм, в том числе и норм о соотношении международного и национального права. Помимо положений о приоритете международного права можно было бы подкорректировать и ряд других конституционных положений с учетом более чем 20-летнего действия нашей Конституции.

Какие же поправки вы предлагаете внести в саму Конституцию?

Александр Бастрыкин: Первое – исключить из нее положения, согласно которым международное право составляет неотъемлемую часть правовой системы Российской Федерации. «Правовая система» — это очень неоднозначное и сложное понятие. Достаточно заглянуть в любой «приличный» учебник по теории государства и права, чтобы убедиться в этом. Вне всякого сомнения, спорные понятия не должны вноситься в базисные статьи Конституции.

Второе – наделить Конституционный Суд Российской Федерации правом и обязанностью проверки конституционности положений международного права, претендующих на роль регулятора внутригосударственных общественных отношений, а также того толкования, которое было придано им при разрешении дела международной судебной инстанцией в отношении прав и законных интересов Российской Федерации. Если при этом будет установлено противоречие между нормами международного права и Конституции Российской Федерации, то Государственная Дума будет обязана денонсировать международный договор (в полном объеме или частично), внести изменения в национальное законодательство, которое было принято для имплементации нормы международного права, либо принять иные меры, направленные на устранение существующего противоречия.

В своем выступлении на итоговой коллегии Следственного комитета вы также упомянули о других проблемах международного права, которые нуждаются в корректировке. Можете более подробно остановиться на них?

Александр Бастрыкин: Далеки от совершенства и существующие правовые механизмы в области экстерриториального уголовного преследования компетентными правоохранительными органами России лиц, совершающих военные и другие преступления в том числе и против интересов Российской Федерации за рубежом.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации регламентирует лишь порядок направления международного запроса о правовой помощи, в то время как в отдельных случаях возникает потребность в производстве российскими следственными органами ряда следственных действий или даже предварительного расследования в целом на территории иностранного государства. Существующие применительно к данной правоприменительной деятельности нормы международного права должны быть внимательно проанализированы, на их основе должны быть внесены необходимые коррективы во внутригосударственное законодательство.

Кроме того, требует решения вопрос о судебном органе, уполномоченном разрешать подобные уголовные дела.

Так, дело о фактах военных преступлений, совершенных на территории Южной Осетии, по которым материалы расследования проведенного Следственным комитетом России составляет более 500 томов, не было принято к производству ни одной международной судебной инстанцией.

В случае отсутствия безотлагательных мер подобная неблагоприятная ситуация может сложиться и по уголовным делам о военных преступлениях, совершенных на территории Донецка и Луганска.

Вы предлагаете создать международный суд по примеру Югославии?

Александр Бастрыкин: Возможны различные варианты, есть, как я уже отмечал, действующие международные судебные органы, например, Международный уголовный суд, учрежденный на основе Римского статута от 17 июля 1998 года, который не входит в состав ООН. Российская Федерация подписала данный статут, однако не ратифицировала его, вследствие чего не является его участником и это следовало бы сделать как можно скорее. Суд ООН в Гааге по сути не проявляет никакого интереса к судебному рассмотрению материалов по Южной Осетии. А ведь в них грузинская сторона обвиняется в том числе и в совершении геноцида!

Поэтому надо тщательно изучить вопрос либо о вхождении в состав какого-либо действующего суда, либо о создании нового международного судебного органа, уполномоченного рассматривать дела о воинских преступлениях, в том числе совершенных на территории Донецкой и Луганской областей Украины.

Александр Иванович! Вы верите, что все эти предложения будут реализованы? С учетом того, насколько фундаментальный характер носят они и какое сопротивление вызовут в определенных кругах общества?

Александр Бастрыкин: Я понимаю, с какими сложностями нам придется столкнуться. Но в это непростое время российское общество консолидировалось как никогда ранее, и думаю, в нем все отчетливее возникает осознание необходимости приведения некоторых положений Конституции РФ в соответствии с реалиями сегодняшнего дня. И поэтому я верю в то, что последовательно, шаг за шагом, рано или поздно эти идеи воплотятся в жизнь в интересах обеспечения и защиты суверенитета нашей страны, ее благополучия, процветания и динамичного развития – и в соответствии с нормами международного права и в соответствии с нормами российского законодательства.

В этой связи хотел бы подчеркнуть: вне всякого сомнения, подписанные и ратифицированные Россией международные договоры должны соблюдаться и исполняться. Международное право содержит основополагающий принцип: pacta sunt servanda (договоры должны соблюдаться). Его общеправовая значимость для Российской Федерации – безусловна.

А вот положение, содержащееся в ст. 15 Конституции России, о том, что общепризнанные принципы международного права являются составной частью правовой системы Российской Федерации, – это положение должно быть из Конституции РФ устранено.

Почему?

Александр Бастрыкин: Если правовые нормы конкретных международных договоров, подписанных и ратифицированных конкретным государством, содержат конкретные права и обязанности конкретных государств, то понятие «общепризнанные принципы и нормы международного права» – весьма, многозначное и понимаемые по-разному участниками международного общения, международной доктриной и практикой. Давайте откроем любой стабильный курс международного права.

Мы увидим, что различно количество правовых положений, которые теория и практика международного права рассматривает в качестве общепризнанных его принципов. Не все международники, ученые и практики, полагают, что принципы международного права должны иметь нормативное закрепление, т.е. являться конкретными нормами международного права. Более того, существует понимание того, что принципами международного права могут быть и идеи, взгляды, убеждения, не выраженные и незакрепленные в нормах международного права. Но идеи, взгляды и убеждения, доминирующие в различных государствах и обществах, как мы уже говорили, могут быть различными, а нередко и крайне противоположными. Поэтому совершенно неочевидно, что понимаемые таким образом принципы международного права должны быть базисными и общеобязательными положениями как в сфере международного, так и в сфере внутригосударственного права.

Что же касается понятия «правовая система», — то как мы уже отмечали, оно еще более аморфно. Процитирую одно из определений этого понятия из учебника по теории государства и права – «это вся правовая жизнь общества и государства, которая рассматривается через призму системности. Это комплексная, интегрирующая категория, отражающая правовую организацию общества, целостную правовую «надстройку». Иными словами, правовая система – это объединение разнообразных юридических явлений». Спрашивается: разве можно столь неопределенные, едва ли не абстрактные понятия, закладывать в фундамент Конституции государства? Вот большинство стран мира и не закладывает.

Именно поэтому подобные весьма спорные положения не могут составлять конституционную основу Российского государства.

Наталья Козлова

источник http:/ /sledcom.ru/press/interview/item/920250/

=***=

book21 Увлекшись чтением околонаучного бормотания Бастрыкина, не забудьте то, что он сам позабыл вначале сообщить. А это меняет дело и сказанное ровно до наоборот.

1. Конституция, о которой речь таковой не является, поскольку голосование по её проекту было назначено во исполнение Указа Ельцина № 1400, признанного Конституционным Судом РФ недействительным.

2. Но даже при таком пороке Конституции 93, у неё есть и более серьезные пороки. За неё не проголосовало более половины от списочного состава избирателей РФ как то положено по закону о Референдуме в РСФСР, действовавшему на момент голосования. Едва набрано 31 процент. То есть она не принята, а отвергнута голосованием. Сведения в той же «РГ» опубликованы и результаты можете проверить лично. То есть нет такого акта волеизъявления как принятие Конституции РФ.

3. И даже при двух этих есть и еще более важный — она подчиняет законы РФ своей статьей 15 п. 4 не всяким и разным международным договорам, а именно договору об СССР. Поскольку на момент голосования это и был главный и единственный международный договор РФ. А уж союзный договор никак не позволяет РФ выходить за рамки компетенции по главным вопросам права. Статья 74 Конституции СССР установила, что в случае расхождения законов союза и законом республики, применяются законы Союза.

Таким образом, и статья 15 п. 4 Конституции РФ и ст. 74 Конституции СССР зеркально отражают одно и то же правило о верховенстве законов Союза над законами РФ, но с позиции двух сторон договора.

Подтверждение тому вы может видеть в Декларации о государственном суверенитет РФ, где декларируется тоже самое, что суверенитет РФ распространяется на все вопросы за исключением отнесенных к вопросам ведения или компетенции Союза СССР.

Опустив это обстоятельство, а так же то что постановлением Госдумы итоги референдума СССР от 17 марта 91 года признаются обязательными для РФ и сокрыв от читателя, что РФ согласно её же закону о международных договорах является продолжателем, а не правопреемником СССР (правопреемство возникает после ликвидации или прекращения в иной форме для юрлиц и после смерти для физлиц), добрый молодец запускает льжу беспримерную и рассуждает так как будто этого всего нет и он вчера с луны упал вместе с конституцией РФ. А до него жизни на Земле не было. Были только сурикаты в норах по кличке Славяне. Речи, письменности, законов и государственности у них тоже не было и началось всё именно с нуля — введения Конституции РФ. Но потом по запарке поназаключали кривых международных договоров, при чем неизвестно кто, оно само видимо поназаключалось как-то. И теперь нужно это исправлять внесением изменений, т.к. то враги ту конституцию нам подсунули а мы все пьяные были и подмахнули, не разобравшись. Вот опохмелились через 22 года, в ум пришли, уняли дрожь в конечностях и исправим как надо.

Исправлять же предлагается уже не референдумом, так как ясно, что пошлют как обычно и вместо 31 процента придет 3,1 процента и то только за деньги, а неким несуществующим пока еще Конституционным Совещанием, про которое те самые враги народа озаботились и тиснули в свою вражескую проект-конституцию.

Можно было бы сказать, что сыщик просто в коме набубнел то интервью, если только не понимать криминальных целей оного дробномодца.

На самом деле речь идет о госпреступлении — о завершении госперворота в СССР — устранении той норма права, что делает их приватизацию и разбазаривание углеводородов строго уголовным преступлением, тк законы Союза не позволяют это делать с общенародной собственностью граждан СССР.

То есть по советским законам, что не отменены и являются частью правовой системы РФ, действия Бастрыкина квалифицируются как госизмена и покушение на государственный суверенитет СССР и РФ.

Именно такое нелепое толкование по-бастрыкински п. 4 ст. 15 как неотносимого к международному договору об СССР и порождает потерю суверенитета, поскольку предательским договорам с МВФ и НАТО Бастрыкин подчиняется, а международному договору об СССР — нет.
И кто тут главный враг народа и суверенитета? Кто положил страну под НАТО и МВФ? Кто лишил её финансового суверенитета, запустив чужие мировые деньги для вывоза, распродажи и хищения имущества из общенародной собственности граждан СССР?

Теперь, после растаскивания и при виде обрушения сарая РФ питерская ОПГ решила отвести от себя виновность в преступлениях — найти и подсунуть несуществующую причину уничтожения экономики СССР. Указать, что то советники США подсунули нам Конституцию.

А что они еще вам подсунули? Они своих воров-советников уже осудили за то, что те запускали руку в российскую приватизацию, а вы материалы прокуратуры США по Чубайсу под сукно спрятали и продолжили ещё 15 лет растаскивать чужое как своё. А теперь придумали залегендировать причину доведения страны до ручки приоритетом международного договора, с помощью выворачивания всего наизнанку.

Источник — ВОИНР — Антинод